Сталиногорск 1941

поисковый отряд «Д.О.Н.» Тульского областного молодежного поискового центра «Искатель»

Новые фотографии и иллюстрации:

Статьи

Главная » Статьи » Оборона Сталиногорска » Факты, оценки и мнения

Маклецкий элеватор в 1941 году: дважды сожженный, но не сгоревший

По воспоминаниям Анны Алексеевны Крючковой, участкового агронома Прохоровского-Васильевского куста, «в 1941 году колхозы закончили раньше установленного срока посевные работы. Зерновые, пропашные дали хорошие всходы, шли бурно в рост. Колхозники сельскохозяйственных артелей ожидали хорошего урожая»[1].

И действительно, урожай превзошел все ожидания. Несмотря на начавшуюся войну и отсутствие мужчин, призванных на фронт, летом 1941 года труженики полей не покладали рук. Анна Крючкова вспоминает: «Колхозы моего участка хорошо подготовились к уборке урожая, а урожай был небывалый, организованно приступили к его уборке, с восходом солнца шли в поле женщины, подростки, старики взяли косы в руки, молодежь взяла в руки вожжи, возили зерно в госпоставку. На работе как-будто не было войны. Отправляя транспорт (возы) с зерном, молодежь с песнями, шутками ехали на маклецкий элеватор, на обозах красные полотнища: «Все для фронта, все для победы»[1].

С приближением фронта к Тульской области, станция Маклец подвергалась немецким бомбардировкам. Жительница Сталиногорска-2 Екатерина Комова вспоминала, что «первое время мы не бедствовали: до ухода наших получили продукты по карточкам, выручало и зерно с маклецкого элеватора. Вместе с мамой мы несколько раз ездили за ним еще до вторжения фашистов. А после бомбежек на саночках привозили уже горелое зерно. Каждый вез сколько мог»[14].

В сводке разведотдела немецкой 4-й танковой дивизии от 6 ноября 1941 года отмечалось, что «зернохранилище № 138 находится в 60 км юго-восточнее Тулы, в 10 км западнее от Сталиногорска, в 1 км к северу от станции Маклец. Отсюда ведут подъездные пути ко всем сооружениям, 2 элеваторам и 5 складам»[20].

Бои чекистов и танкистов у элеватора 20-21 ноября 1941 года

Маклецкий элеватор, располагавшийся на станции Маклец в 5 км к западу от Сталиногорска-2 (Заводской район), был настолько заполнен зерном, что когда 18 ноября 1941 года под Сталиногорском началось немецкое наступление на Москву, зерно просто не успели вывезти. Можно ли было его спасти? Возможно. Но в первую очередь, бойцы сталиногорских истребительных батальонов помогали эвакуировать оборудование заводов и ГРЭС с промышленной площадки Сталиногорск-2 в Сибирь[2] и угонять скот на границу с Рязанской областью[3]. Да и до этого зерна ли было тогда?...

20 ноября к станции Маклец отошли поредевшие в предыдущих двухдневных боях 6-я и 7-я роты 180-го полка войск НКВД СССР по охране особо важных предприятий промышленности, а также уцелевшие танки 108-й танковой дивизии. В 17:00 командир 108-й танковой дивизии полковник С. А. Иванов поставил задачу чекистам — занять оборону по северо-западной окраине станции, что ими было выполнено[4].

 

Отход остатков 108-й танковой дивизии к станции Маклец после боев 20 ноября 1941 года в районе Дубовка-Злыдня-Огаревка. Источник: ЦАМО, ф. 3055, оп. 1, д. 2, л. 14. Схема-доклад о военных действиях 108 отдельной танковой дивизии, ныне танковой бригады, за период с 28.08.1941 по 25.11.41 года.

 

Утром следующего дня к станции Маклец для проведения взрывных работ выехала немецкая 1-я рота 6-го танкового полка 3-й танковой дивизии[5]. Однако там их уже ждали советские чекисты и танкисты: намеченные работы пришлось свернуть. Тогда к станции подошли основные силы немецкой ударной группы[4].

Сведения о дальнейших событиях несколько разнятся. Согласно журналу боевых действий 180-го полка, «в 15:00 [21 ноября] 10 танков противника прорвались к станции Маклец и обстреляли расположение обороны 6-й и 7-й рот, но последние оставались на местах. В 18:00 комбат-2 выяснил, что части 108-й танковой дивизии, находившиеся на станции Маклец, ушли, связи ни с кем нет. Комбат-2 решил с 6-й и 7-й ротами отойти в Сталиногорск [Сталиногорск-2], где и присоединился к полку»[4]. Однако согласно докладу командира 108-й танковой дивизии полковника С. А. Иванова, «в 16:00 противник силою 20 средних и тяжелых танков с мотопехотой атаковал станцию Маклец, раздавил гусеницами танков пехоту правофлангового батальона 108-го мотострелкового полка (МСП) и овладел ст. Маклец, остатки МСП отошли на Мошок. А две роты 180 полка НКВД оставили позицию в Орловке и ушли на переправу в Урусово»[5]. При этом факт боев подтверждается немецкими источниками — в своем докладе 4-я танковая дивизия кратко сообщает по этому поводу: «Станция Ильинская [так на немецких военных картах обозначалась станция Маклец] занята большими силами противника. Русская пехота уничтожена»[6].

«Отходя, все уничтожить…»

Частям Красной армии, отходящим с тяжелыми боями под натиском превосходящих сил противника, было приказано осуществлять «тактику выжженной земли». В журнале боевых действий 50-й армии за 20 ноября по этому поводу даются следующие однозначные указания:

Все было решено, несмотря ни на какие возражения партийного руководства города и области[17].

Не стал исключением и элеватор на Маклеце. 21 ноября в 20:00[17] собранное колхозниками с таким трудом зерно было подожжено отходящими частями Красной армии и НКВД. А через час к маклецкому элеватору добавились и другие «объекты». В журнале боевых действий 180-го полка НКВД по-военному четко и кратко описано кажущееся чудовищным уничтожение гордости советской промышленности, созданной «с нуля» за предыдущее десятилетие на промышленной площадке Сталиногорска-2: «Полк производил все технические расчеты и подготовку подрывных работ по уничтожению объектов на случай отхода фронтовых частей из г. Сталиногорска и по распоряжению начальника боевого участка командира 108-й танковой дивизии полковника Иванова, под руководством начальника инженерно-технической службы полка капитана тов. Смирнова и младшего политрука тов. Блеснова работы по уничтожению объектов были выполнены с 23:00 21 ноября до 2:00 22 ноября». При этом подрыв Шатовской и Любовской плотины производили спец-саперы из частей РККА. Абсолютно ничего не должно было достаться врагу[4].

Ставшая невольным очевидцем тех событий Анна Крючкова вспоминала: «Наши последние подрывники отходили в тыл, взвилось пламя над элеватором, прокатилось эхо разрывов с химкомбината, электростанции. Новомосковский район погрузился во тьму»[1]. Другой очевидец тех событий, житель Заводского района Сталиногорска, Владимир Алексеевич Острецов уточняет: «Были подожжены или взорваны хлеб на элеваторе, кинотеатр «Встречный», опустевшие цеха заводов, электростанция»[9]. А начальнику электроцеха анилино-красочного завода Ефиму Львовичу Гинцбургу, который своими руками поджигал бикфордов шнур с укрепленным на конце детонатором, эта картина врезалась в память навсегда: «Пройдя Нюховку [ныне Шатовка], я оглянулся. Весь юго-западный горизонт был охвачен пламенем. Взрывы уже прекращались, но огонь разгорался. Наш завод, высоко расположенный на противоположенном берегу Шата, был хорошо виден. Пламя, охватившее многочисленные цехи, сливалось в сплошное море огня, бушевавшее над заводом. Трепещущее оранжевое зарево высоко поднималось в ночном небе. Казалось, даже сюда достигает жаркое дыхание этого гигантского костра... Много лет спустя, проходя между рядами выпускающих мирную продукцию цехов, выстроенных в послевоенные десятилетия на месте бывшего производства пикринки, я мысленно представлял себе огненный ад, разливавшийся в те часы на заводской территории»[18].

Впрочем, медлить было нельзя: враг уже стоял у ворот города. Вчерашний тыл стремительно становился фронтом, а около полудня 22 ноября через станцию Маклец проследовала колонна 35-го танкового полка 4-й танковой дивизии. В пути ее задачи менялись: сначала немецким танкистам ставилась задача уничтожить противника в Рыбинке (ныне не существует между деревнями Дубовка и Орловка в городском округе Город Новомосковск). А когда 35-й танковый полк вошел в Рыбинку, получен приказ занять Сталиногорск-2, и пришлось разворачиваться обратно. На станции Маклец голову полковой колонны нагнал на джипе командир бригады полковник Генрих Эбербах, который, возглавив ее, без боя въехал в горящий Сталиногорск-2[5].

Итак, по воспоминаниям начальника связи 5-й танковой бригады 4-й танковой дивизии Германа Хосса, «наш эпизод в Узловой завершился почти мирной вооруженной экскурсией к городу на севере промышленного района [Сталиногорск-2]; там боев не было. [...] на железнодорожной ветке в Ильинке [так на немецких военных картах обозначалась станция Маклец] (северо-западнее города) стоял зерновой элеватор, откуда поднимались густые клубы дыма. Весь город [Сталиногорск-2] с его новыми современными заводами и административными зданиями пылал, как Москва в 1812 году при Наполеоне. Здесь делать было нечего, и мы повернули назад к месту дислокации. В память врезалось лишь одно: в Сталиногорске, в отличие от Узловой, заводские рабочие ютились в ужасных землянках, поскольку запланированные рабочие поселки еще не были построены»[8].

Снабжалась зерном с Маклеца вся 2-я танковая армия Гудериана

Началась немецкая оккупация. Первое время, 22-23 ноября, на охрану горящего зерна командование 4-й танковой дивизии выделило роту своего 79-го саперного батальона. Позднее ее сменит 1-я рота 45-го саперного батальона[19]. Герман Хосс далее свидетельствует: «Позднее пожар на элеваторе потушили. Вся 2-я танковая армия Гудериана затем снабжалась хлебом из этого зерна»[8]. По воспоминаниям жительницы станции Маклец Зинаиды Анатольевны Константиновой, тогда — 11-летней девочки, «немцы гоняли всех жителей деревни на элеватор, для того, чтобы горелое зерно отсыпать в сторону, а хорошее отгружать на станцию для отправки в Германию»[12]. Екатерина Комова подтверждает: «Немцы заставляли наших мужчин отделять горелое зерно от хорошего, которое забирали себе»[14].

В. А. Острецов уточняет, что за зерном на станцию Маклец ходили и оставшиеся жители Сталиногорска-2: «Надо было чем-то питаться, и мы по приглашению новых властей ходили на Маклец счищать сгоревший слой хлеба, обнажая нетронутый. За работу платили зерном: бери, сколько вынесешь или вывезешь на чем-нибудь за территорию элеватора. А там работающих ожидали тысячи людей с санками, лошадьми, так как с ними на территорию элеватора не пропускали. Мои сестры приспособились вывозить зерно в мешках, погрузив их на лист железа, который легко скользил по снегу, а за воротами я встречал их с санками»[9].

15-летний Евгений Белов, житель Сталиногорска-2, вспоминает, как «дети грелись, закапываясь в зерно. Выносить можно было зерна, сколько сможешь унести. На выходе стояли немцы, наблюдали. Если человек слишком много набрал зерна, еле-еле шел, ему разрезали мешок и выгоняли совсем безо всего».

Танк Pz.Kpfw.IV Ausf.F1 4-й танковой дивизии, подбитый в конце ноября 1941 года в боях с 239-й стрелковой дивизией под Сталиногорском,
буксируют на сборный пункт аварийных машин. На заднем плане виден горящий элеватор на станции Маклец.

Источник: Robert Michulec. 4th Panzer Division on the Eastern Front. Vol. 1. 1941-1943. Concord Publications, 1999. — P. 18. — 72 p.

Казнь Константина Бессмертных

30 ноября 1941 года на маклецком элеваторе случилось страшное. В. А. Острецов: «Как-то, когда время приближалось к шестнадцати часам — окончанию рабочего дня, всех ожидающих немцы окружили кольцом. Люди испугались, решили, что их будут расстреливать. Началась паника, крики, плач. В это время я стоял близко к воротам. На моих глазах немцы вынесли пару больших ящиков из-под спичек размером со стол, поставили их рядом. На перекладину ворот перекинули веревку с петлей. Стало понятно: кого-то будут вешать»[9].

З. А. Константинова: «Затем женщин и девочек отправили работать на элеватор, а мужчин и мальчиков оставили за воротами. Мы думали, что их отправят на другую работу, а оказалось, что немцам нужно было, чтобы те видели, как будут вешать подпольщика Константина Бессмертных»[12].

Е. Н. Белов также отчетливо запомнил этот момент на всю жизнь: «А на Маклеце в это время горело зерно в элеваторе, и люди с раннего утра ходили на элеватор тушить зерно. Немцы согналивсех людей, окружили, направили автоматы. В этой толпе были и партизаны, они к тому времени уже все знали от людей и пришли в надежде Костю отбить, но сделать ничего нельзя было, немцы перестреляли бы много людей»[10].

В. А. Острецов: «На ящик взобрался немец. Переводчик остался внизу, сообщил, что поймали партизана, который поджег хлеб, и по решению командования должен быть повешен. Из ворот элеватора двое немцев выволокли под руки мужчину. Его ноги тащились сзади, по земле. Казалось, он был уже мертв. Немцы снизу подняли его на ящик, а стоявший вверху быстро набросил на шею петлю. Тут же кто-то из них выбил ящик из-под ног. Стояла, гробовая тишина. Всех сковали страх и ужас.

Бессмертных Константин Васильевич

После этого выпустили работавших. Было очень страшно. Мы даже не взяли мешок с зерном, скорее кинулись домой. Позже мне стало известно, что так казнен был Константин Бессмертных, подпольщик»[9].

Боец 108-й танковой дивизии, красноармеец РККА, начальник штаба сталиногорского партизанского отряда Константин Васильевич Бессмертных был повешен на входных воротах элеватора станции Маклец. Его тело запрещалось снимать немецкими оккупационными властями, и он был похоронен в сквере на севере, только после освобождения города советскими войсками 12 декабря 1941 года, с почестями, вместе с бойцами, погибшими за освобождение Сталиногорска-2.

Памятник бойцам, павшим за освобождение Сталиногорска-2. Май 1951 года.
На современной карте: ул. 1-ая Транспортная, у дома 23 а, сквер Заводского района (современный вид).
Источник: Российский государственный архив кинофотодокументов.

Дважды сожженный, но не сгоревший

Элеватор продолжал снабжать зерном немецкие войска, пока 11-12 декабря 1941 года советское контрнаступление под Москвой не достигло, наконец, станции Маклец. Начальник связи 5-й танковой бригады 4-й танковой дивизии Герман Хосс вспоминал в связи с этим про маклецкий элеватор: «Фактически, зерно даже начали вывозить, пока его не пришлось поджигать снова во время нашего отступления»[8].

 

Оборонительные позиции немецкой 112-й пехотной дивизии в Сталиногорске, не позднее 11 декабря 1941 года. Станция Маклец и Сталиногорск-2 (на севере) находились в зоне ответственности 120-го разведывательного батальона этой дивизии.
Источник: NARA, T. 314, R. 1311: Appendix C to War Journal 1 of the Operational Branch of the 53th Army Corps (Jan-Dec 1941). F. 909.

 

Въехавшим на станцию Маклец наступающим конникам-гвардейцам 2-й гвардейской кавалерийской дивизии и фронтовым операторам Шнейдерову и Крылову предстала потрясающая картина: тысячи колхозников тушили пожар в элеваторе, спасая хлеб, подожженный немцами. И сразу же операторы начали снимать. Так, до нашего времени дошли уникальные документальные кадры горящего маклецкого элеватора[15].

Кадры из советского документального фильма «Разгром немецких войск под Москвой»,
Центральная студия кинохроники, 1942 год.

 

Кавалеристы, не останавливаясь, двинулись далее в направлении Узловой, преследуя отходящего врага, а к месту пожара были высланы противопожарные формирования МПВО во главе с Д. Д. Головцовым. Двадцать пять часов при тридцатиградусном морозе люди боролись с огнем и потушили пожар. Несмотря на два пожара и немецкую оккупацию, было спасено 50 тысяч тонн пшеницы и более 3-х тысяч тонн овса и ржи [16].

Кадры из советского документального фильма «Разгром немецких войск под Москвой»,
Центральная студия кинохроники, 1942 год.

 

Тем временем, наступающие части советской 2-й гвардейской кавалерийской дивизии поддерживал 12-й отдельный гвардейский минометный дивизион реактивной артиллерии. На его вооружении находились боевые машины БМ-13-16 на шасси трактора СТЗ-5-НАТИ (одна из таких стоит ныне у Новомосковского историко-художественного музея). 13 декабря из-за плохой разведки ракетчики чуть не накрыли своих же на станции Маклец[11].

 

БМ-13-16 12-го отдельного гвардейского минометного дивизиона на шасси трактора СТЗ-5-НАТИ.
47 лет спустя, в ноябре 1988 года, сразу после подъема со дна Шатского водохранилища (слева), и в 2009 году у входа в Новомосковский историко-художественный музей (справа).
«Боевая реактивная установка БМ-13 Катюша, принимавшая участие в освобождении города Новомосковска от немецко-фашистских захватчиков в декабре 1941 г.»

 

М. Д. Токарева вспоминала, что восстановление города Сталиногорска начинали именно с поездки на маклецкий элеватор. Первым делом, «при участии работников горфинотдела тов. Липецкого и дорожного отдела тов. Короткова снарядили небольшой обоз (воспользовались брошенными в своем большинстве ранеными лошадьми из немецких обозов). Выехали на Маклецкую хлебную базу за горелой пшеницей (помещения базы были сожжены). Многие «трофейные» лошади в дороге пали. Но все же удалось привезти несколько пудов горелого зерна»[3].

Е. Н. Белов уточняет, что после освобождения города «на химкомбинате в столовой людей кормили на второе кашей из горелой пшеницы. Называлась каша «Маклец». Это блюдо было ежедневно».

1) Станция Маклец и разрушенный элеватор, 13 августа 1942 года. Немецкая аэрофотосъемка.
2) Современные станция Маклец и элеватор, 2016 год. Яндекс-Карты.

 

Вот и сегодня, элеватор на станции Маклец предоставляет всему району и области свои услуги по складированию и хранения зерна, а недавно, в 2011 году, на его базе был открыт завод по производству гранулированных комбикормов ОАО «Урожай»[13]. Дважды сожженный, но не сгоревший.

Маклецкий элеватор: «Добро пожаловать!», 10 мая 2016. Фото: А. Е. Яковлев.

 

А. Е. Яковлев, октябрь 2016.


[1] Крючкова-Смольникова А. А. Вспоминая былое... // Архив новомосковского краеведа Н. С. Чумичева.

[3] Токарева М. Д. Дорогой боев: рассказ бывшей разведчицы // Новомосковская правда, 10 августа 1971 года. — С. 2,4.

[5] NARA, T. 315, R. 205 (4. Panzer-Division), F. 1296—1303. Отчет о боевых действиях 5-й танковой бригады 4-й танковой дивизии за 18-28 ноября 1941 года / Перевод: А. Е. Яковлев, май 2016.

[6] ЦАМО РФ, ф. 405 (50А), оп. 9769, д. 4, лл. 287-292. Итоги боевых действий 108 отд с 13 по 26.11.41 (Веневский БУ). Впервые опубликовано в сборнике: Великая Отечественная война на территории Тульской области. Сборник документов. Часть 2 / сост. Лепехин А.Н. — Тула, 2014. — С. 106—110. — 320 с.

[8] Хосс Герман. Узловая — эпизод осени 1941 года / Шойфлер Ганс. Танковые асы вермахта. Воспоминания офицеров 35-го танкового полка. 1939—1945 / Пер. с нем. А.Л. Уткина. — М.: ЗАО Центрполиграф, 2015. — С. 164-170. — 447 с.

[9] Оккупация Сталиногорска: воспоминания очевидца // Новомосковская правда, 12 декабря 2014 года.

[10] Гибель Константина Бессмертных. Воспоминания Е. Н. Белова, записанные его дочерью.

[11] ЦАМО РФ. Ф. 59 (ГМЧ). Оп. 12196. Д. 600. ЛЛ. 254-268. Журнал боевых действий 59 Гвардейского минометного полка в составе 8-11-12-15 дивизионов. Приводится по источнику: К вопросу о реактивной артиллерии в Тульской области в годы Великой Отечественной войны / Материал обнаружен, проанализирован и оформлен Гуровым С. В. (Россия, г.Тула). 23 октября 2016 года.

ЦАМО РФ. Ф. 59 (ГМЧ). Оп. 12196. Д. 20. Л. 46. Сведения о залпах гвардейских отдельных минометных дивизионов с 15.11 по 13.12.41. Приводится по источнику: К вопросу о реактивной артиллерии в Тульской области в годы Великой Отечественной войны / Материал обнаружен, проанализирован и оформлен Гуровым С. В. (Россия, г.Тула). 23 октября 2016 года.

[14] Комова Е. Мы помним / Сталиногорцы: от Бобрикстроя до марша Победы / под общ. ред. Л. Снегирёвой; ред.-сост. А. А. Пырьев. — Новомосковск: Реком, 2010. — С. 16—17. — 114 с.

[15] Кацман Р. Как снимался фильм // Известия. — 1942. — 15 февраля. — № 38 (7724).

[19] NARA, T. 315, Roll 195: 4. Panzer-Division, F. 705. Журнал боевых действий 4-й танковой дивизии за 23 ноября 1941 года. Перевод с немецкого: А. Е. Яковлев, ноябрь 2016.

[20] NARA, T. 315, Roll 206: 4. Panzer-Division, F. 888.
Всего в документе перечислены 6 элеваторов: № 134 (между станцией Царицыно и Бирюлево), № 136 (на станции Хомяково в 15 км к северу от Тулы), № 137 (на станции Горбачёво), № 138 (на станции Маклец), а также в Рязани и Ряжске. Приведены их координаты и основные характеристики. Сведения об элеваторах на станции Горбачёво и на станции Маклец, оказавшиеся в зоне немецкой оккупации, подчеркнуты в тексте документа.

Категория: Факты, оценки и мнения | Добавил: Редактор (26.10.2016) | Версия для печати
Просмотров: 1012 | Теги: 108-я танковая дивизия, ноябрь 1941 года, Яковлев, декабрь 1941 года, немецкие преступления, 1941 год, 180-й полк НКВД, 2-я гвардейская кавдивизия, исследования
Похожие материалы:

Уточнить или дополнить описание, сообщить об ошибке.
Ваш комментарий будет первым:
avatar
для детей старше 12 лет
Поиск
В этот день
Не произошло никаких примечательных событий.
18 января...
Теги
1942 год химкомбинат Пырьев 1950-е годы советские мемуары Советская площадь Мартиросян 18 ноября 1941 интервью 1930-е годы 21 ноября 1941 27 ноября 1941 24 ноября 1941 239-я стрелковая дивизия Сталиногорская правда Соцгород 1941 год ЦАМО наградные листы комиссары 25 ноября 1941 Сталиногорск-2 кавалеры ордена Красного Знамени РГАКФД комсостав медицинские работники кавалеры ордена Красной Звезды ул. Московская Яковлев Сталиногорцы Nara аэрофотосъемка награжденные медалью «За отвагу» 1943 год 26 ноября 1941 немецкие карты 19 ноября 1941 немецкое фото 17 ноября 1941 советские карты 16 ноября 1941 20 ноября 1941 108-я танковая дивизия 22 ноября 1941 23 ноября 1941 пехота Рафалович советские документы Коммунар 15 ноября 1941 немецкие преступления артиллеристы 1939 год 112-я пехотная дивизия ноябрь 1941 года декабрь 1941 года 41-я кавалерийская дивизия нквд митрофанов 28 ноября 1941 180-й стрелковый полк НКВД исследования зенитчики Чумичев Документальная проза сталиногорское подполье 12 декабря 1941 Мелихов Донская газета 330-я стрелковая дивизия ул. Комсомольская Связь времен Плотников Гато октябрь 1941 года Новомосковская правда Корчук 30 ноября 1941 немецкие документы советские военнопленные 10 декабря 1941 Шенцов 1940-е годы братская могила 1944 год 172-я стрелковая дивизия 4-я танковая дивизия 167-я пехотная дивизия 11 декабря 1941 Владимиров 2-я гвардейская кавдивизия 13 декабря 1941 29-я мотопехотная дивизия Память РГВА 9 декабря 1941 328-я стрелковая дивизия 12 огмд 1945 год Белова
Комментарии





Статистика
Вход на сайт
Сталиногорск 1941 | Все материалы сайта доступны по лицензии Creative Commons Attribution 4.0